У статистики нестрашное лицо

09/19/2006 - 18:38

Судя по тому, что статистика знает все, немцы вообще стали менее боязливы. А восточные немцы, в частности, – более.

Болезнь, смерть, расставание с любимым, внезапная потеря крупной суммы – нет, совсем не это страшит среднестатистического жителя Германии. Влекомый вперед и выше чувством причастности к историческим процессам, он больше всего боится, что страна прекратит развиваться так, как достойно полноправного члена глобального европейского сообщества. 65% населения, как показывают результаты ежегодного исследования страховой компании R+V «Страхи Германии», в качестве проблемы номер один называют не собственное финансовое или социальное положение, а экономическую ситуацию в целом. Сегодняшнему немцу, если верить отчету, гораздо важнее процент инфляции, бесперебойный рокот заводских станков и увеличение валового национального продукта, чем соотношение «плюсов» и «минусов» на личном текущем счету. В процентном измерении страх самому потерять работу сократился, по сравнению с прошлым годом, на 14%, дав в сухом остатке всего 51% – а при этом рост безработицы в стране вообще очень заботит 55% опрошенных.

Нет сомнения в том, что статистики опираются на весьма репрезентативное исследование – у целых 2400 жителей ФРГ в возрасте от 14 лет и старше успели они за отчетные месяцы поинтересоваться, «о чем их повседневные страхи и заботы». И сделали свой далеко идущий вывод: никогда еще немцы не были столь оптимистичны (никогда – это если считать с 1991-го, момента начала ежегодных трудов R+V). «Позитивное развитие сделало свое, – ликует руководитель рабочей группы Манфред Шмидт (Manfred Schmidt), – населению гораздо в меньшей степени свойственно волноваться о своем будущем, чем еще недавно». Объяснение полученных итогов достаточно простое – «политическая стабилизация», «затихание социополитических дебатов». «Конфликты по поводу реформ после смены правительства перестали быть излишне эмоциональными, они конструктивно обсуждаются в правительстве», а потому, считает гейдельбергский профессор, «не смущают избирателя», ранее не знавшего – кого слушать. При этом статистики признают, что непочетное второе место в рейтинге страхов занимает страх перед беспомощностью ныне действующих политиков: две трети опрошенных выставили им оценку «неудовлетворительно»; 63% озабочены «слишком большой удаленностью» федеральных, земельных и коммунальных властей от народа». «Увы, имидж главных политических сил сегодня не самый лучший, – признает один из авторов «Страхов» Рита Якли (Rita Jakli). – И партийные организации, и общественные институты имеют плохую репутацию».

То есть, доверия к отцам-начальникам и матерям-командиршам как не было, так и нет, в какие бы коалиции они ни объединялись. Есть мнимое успокоение в верхах, сменившее зримый хаос, который в прошлые годы отвлекал от повседневных забот, одновременно создавая благодатный образ врага. Теперь вопросы о всякого рода преобразованиях решаются в тиши «большого» кабинета под давно уже не слышный, формальный ропот оппозиции, а обыватель, потеряв пугало в лице той или иной партии, оглянулся вокруг и неожиданно понял: бояться надо не кого-то там в далеком Бундестаге с его бредовыми идеями, а самого себя. И с себя же больше спрашивать, и в себе же видеть гаранта светлого будущего. А посему и полетела вниз с рекордной скоростью статистика страхов у той – немалой! – части населения, которая имеет в кармане и голове подтверждение о наличии образования «выше среднего», а еще – у обладателей накоплений и недвижимости. И у жителей старых федеральных земель, называющих главным рецептом счастья «собственную инициативность», в противовес своим согражданам из земель новых, возлагающим до сих пор надежду на государство.

«Разрыв в настроениях вырос сегодня до рекордного уровня 2000 года», – констатирует Рита Якли. Если среди живущих на западе потерей рабочего места озабочены 43%, то на востоке – 67%. Страх перед одинокой нищей старостью составляет 35 и 53% соответственно. «Среди населения восточных регионов традиционно сильно желание чувствовать защищенность со стороны государства, – считает Манфред Шмидт. – К тому же экономический подъем в этих землях закончился, так и не начавшись в полной мере», а ничего не произошло, и вожделенного «капиталистического рая» на востоке не получилось. Отсюда – и пессимизм, и неверие власти (как центральной, так и разноцветным местным коалициям), и завистливое поглядывание на запад, где, неприученные по команде строиться и радоваться, живут те, кто каждый сам – кузнец своего счастья.

Но так ли уж на самом деле сладка жизнь этих «кузнецов», расцвеченная благостными цифрами отчетов? Так уж ли реален «конъюнктурный взлет», о котором нескончаемо твердят СМИ, или это – долгоиграющий рецидив кампании по спасению национального духа «Ты – Германия»? И так ли уж красноречивы данные о снижении уровня безработицы, полученные с учетом охватившей страну эпидемии «одноевровых» ставок? Не опасаясь обвинения в крамоле со стороны R+V, позволю себе обратить внимание всего на несколько цифр. Реальное повышение заработных плат в Германии 2006 года минимально – 1,2%, как в 1995-м. Оставив за скобками «ножницы» благополучного автомобилестроения (+1,5%) и упадочной розничной торговли (+0,5%), сравним рост зарплат с ростом цен: последний в Германии только за первое полугодие составил 2%. Все означенные «плюсы» – из одного источника, из ежемесячного отчета Федерального статистического ведомства. Какой «минус» в совокупности они дают, каждый может посчитать сам и согласиться с тезисом профессора Шмидта о «прямой зависимости психологического состояния от количества денег» и – снисходительно улыбнуться в лицо «бесстрашным» цифрам R+V.

Зато... Зато немцы в целом по стране (даже на востоке) стали меньше бояться того, что тяжело заболеют (51%), станут инвалидами в старости (52%) или падут от руки преступников (31%), что их дети превратятся в алкоголиков и наркоманов (42%), что страну заполонят иностранцы (44%) или Германия вступит в какую-нибудь из миротворческих войн (31%). Не до этого, и не до политиков, и даже не до терроризма, который сейчас, в пятую годовщину трагедии 11 сентября, занимает лишь 10-е место в рейтинге страхов. Как, кстати, утверждает Кристиан Людке (Christian Ldke), психотерапевт, работавший с жертвами нью-йоркских терактов, «страх как важнейший компонент сигнальной системы мобилизует способности человека; за 10 минут смертельного страха человек понимает больше о себе и о своей жизни, чем за 40 спокойных лет».

Некогда нам остановиться даже на десять минут. Работать надо и (если получится) зарабатывать. Потому что главный немецкий страх в графе, отнесенной статистиками к области «личного», – страх перед ростом цен. И этот страх – к сожалению, вполне обоснованный, – денно и нощно отравляет жизнь 70 процентам кузнецов собственного счастья.

Елена Ободовская

Раздел: 
Что происходит
автор:
Сергей САХАРКОВ

Новости партнеров: