Школам выгодно «тянуть» двоечников

11/19/2014 - 00:46

Глава администрации Ростова Сергей Горбань разочарован результатами ЕГЭ-2014 и призвал приставить ко всем неуспевающим ученикам куратора из числа педагогов. За результаты ответят и учителя, и директора. «МК на Дону» побеседовал с директором одной из школ и попросил поделиться своим видением этой проблемы.

Пощады не будет
ЕГЭ-2014 ростовские школьники написали откровенно неважно. Провальными оказались целых 165 работ. Вдумайтесь: шесть-семь классов, не получивших аттестат. Эту цифру назвал на заседании коллегии администрации города заместитель главы по социальным вопросам Сергей Сухариев. По окончании доклада глава администрации Сергей Горбань предложил свой вариант решения проблемы.
— Давайте ко всем проблемным выпускникам прикреплять педагогов, — заявил Сергей Горбань. — Педагог отвечает, директор отвечает. И это будет персональная ответственность. Если ученик проучился в школе 11 лет и не получил итоговый аттестат, то это прежде всего неуд и школе, и муниципалитету. Чудес не бывает! Ведь мы тратим на образовательный процесс бюджетные средства. Мы видим детей, у которых есть трудности, и им надо помогать уже сейчас. В феврале к этой проблеме вернемся. И не надо ничего подделывать. Еще раз повторяю: за качество подготовки лично будут отвечать директора школ и начальники районных отделов образования. А то получается, дети плохие, а директора в стороне. Значит, надо их менять. Пощады не будет!
Эта речь получила неоднозначную оценку как среди работников образования, так и среди обывателей. Мол, снова крайними сделали педагогов. А зачем вообще заставлять фактически взрослого человека учиться, если сам он этого не хочет?

Задержаться в детстве
Называть имя своей собеседницы я не буду. В этом просто нет никакого смысла. Главное — она директор обычной школы, без каких либо особых званий и статусов.
Выслушав заявление Сергея Горбаня, моя собеседница не стала давать ему оценку, а просто предложила рассмотреть его с разных сторон.
— Давайте представим треугольник, — сказал она. — Одна сторона — дети, другая — руководители, как Сергей Горбань и Сергей Сухариев, а третья — исполнители, учителя. Если бы я была руководителем, я бы декларировала такой же подход. Что же до детей, то тут ситуация несколько сложнее. В моей школе не сдавших ЕГЭ, слава богу, нет. В соседней один мальчик математику все же провалил. Как мне рассказывали, он не лоботряс, просто переволновался. Психологический фактор из-за всеобщей нервозности на ЕГЭ работает против нас, как детей ни натаскивай. Хотя еще бессмысленнее натаскивать тех, кому на ЕГЭ вообще наплевать. Наконец, третья сторона — исполнители. Да, я полностью согласна с тем, что я должна делать все для хороших результатов ЕГЭ в моей школе. Но я бы добавила еще один аспект. Если есть сомнения, то надо работать с детьми и их родителями не в плане натаскивания, а в плане выяснения: зачем вы идете в десятый класс? Как вы вообще допустили мучения своего ребенка? Неужели нельзя продолжить обучение в специализированных учебных заведениях? Их успешное окончание позволит помимо среднего образования приобрести еще и специальность и, при желании, поступить в профильный вуз — сразу на третий курс. Одиннадцатый класс — это вообще для двух категорий. Первая — те, по чьей специальности нет профильного колледжа, например психологи. Вторая — те, кто очень хорошо учится, но не определился со специальностью.
— А кто же идет в 11-й класс сейчас?
— Сейчас туда идут в том числе и те, кто учится ни шатко ни валко, но родители за них боятся и считают, что школа — это место, где дети могут еще «погнездиться». Объективно Сергею Ивановичу надо обратить внимание на это. Что толку их натаскивать? Ведь все равно, если у них проблемы со знаниями в девятом классе, вероятность успешной сдачи ЕГЭ на финишной школьной прямой падает в геометрической прогрессии. Как бы ты ни нервничал, если ты хорошист — ты ЕГЭ сдашь. А вот троечник может и не сдать.
— А не кажется ли вам, что родители не хотят отдавать детей в техникумы и училища потому, что они сами себя дискредитировали? Ведь уровень образования там частенько бывает очень слабый.
— Думаю, что нет, особенно когда речь идет о Ростове. Если мы говорим о селах или малых городах — тогда да, может быть и такая проблема, плюс ехать еще в соседний город. Но ростовчанам-то чего бояться? Есть хорошие учебные заведения, есть плохие, есть средние — выбирай. Но тут срабатывает менталитет. Родители считают, что в 11-м классе еще есть какая-то опека. Дети остаются детьми вне зависимости от реальных лет. А вот в колледже они уже не дети. Так что срабатывает либо такая боязнь, либо полный родительский инфантилизм.
— Полный родительский инфантилизм?
— Да. Мол, мне все равно. Я не выстраиваю, не планирую завтрашний день своего ребенка. Когда в семье нет общения, так бывает очень часто. Хорошо, если у подростка есть идеи, если ему что-то подскажут друзья, другие взрослые. А если нет? Я, например, считаю, что у нас сейчас десятиклассников больше, чем могло бы быть с точки зрения их возможных интересов. Но я честно сделала все: работала и с родителями, и с детьми. А уже они сделали свой выбор.

Школе нужны «души»
Надо сказать, что так, как моя собеседница, рассуждают далеко не все директора школ. Некоторые, напротив, делают все, чтобы удержать в 10-11-х классах побольше учеников. Зачем? А затем, что учебные заведения финансируются по количеству учащихся там детей. И суммы даже за одного ученика в год значительные: только из областного бюджета на каждого ученика в год перечисляется более сорока тысяч рублей, плюс сопоставимые с этой суммой средства из бюджетов органов местного самоуправления. В эти суммы входят и будущая зарплата педагогов, и ремонт, и питание, и все остальное, что связано и не связано с учебным процессом. Вот и умножьте порядка восьмидесяти тысяч рублей на сто шестьдесят пять не сданных работ по ЕГЭ. Сумма впечатляет, не правда ли? А еще каждый год в стране фиксируется сразу несколько случаев, когда директора ради увеличения финансирования приписывали в классы несуществующих учеников, что уж говорить о такой «невинной» вещи, как влияние на выбор подростка уйти или остаться?
Слово «невинной» в кавычки я взял не зря. Ведь записав в журнал несколько «мертвых душ», педагоги не ломают ничью судьбу, а бумага, как известно, стерпит все. Совсем другое дело, если речь идет о душах живых.
— Двойка — это оценка ученику. Он же никем не станет, — сказал Сергей Горбань, выслушав доклад Сергея Сухариева.
Но как сделать, чтобы он кем-то стал? С мучениями натаскивать на сдачу откровенно ненужного ему ЕГЭ, после которого он получит аттестат, но не профессию, или же отправить после девятого класса в техникум, после которого он получит не только диплом, но и какую-то специальность? А там можно и в вуз поступить, если уже совершеннолетнему человеку это будет нужно. Приблизительно так выглядит моральный выбор, который должны сделать для себя все грани треугольника, о котором говорил мой собеседник: и дети, и педагоги, и руководители.

Цыплят считают по лету
— Я согласна с Сергеем Ивановичем, — сказал моя собеседница. — Могу сказать, что позиция руководителя должна быть достаточно жесткой и настраивающей. И тут надо посмотреть, что произойдет после следующего ЕГЭ. Как он себя поведет? Если действительно головы полетят без разбора, тогда я не соглашусь с его подходом — слишком уж это жестко. А если будет действовать, разбираясь и вникая в конкретный случай вместе с органами управления и коллективами, — может быть, он и прав. Ведь любая профессиональная среда нуждается не только в корректировке курса, но и в обновлении. Это психология: сначала начать закручивать гайки, а потом показать свое истинное лицо. Так что это тот случай, когда цыплят считают не по осени, а по лету. Лету 2015 года.

Источник: 
автор: 
Юлия Вершинина
Раздел: 
Общество
автор:
Сергей САХАРКОВ

Новости партнеров: