Что стоит за бирюлевским бунтом

10/19/2013 - 14:19

Наблюдение первое. Ценовая политика игроков рыночной, палаточной и лотковой плодоовощной торговли одинакова: что от продавца к продавцу, что от рынка к рынку. Разница в ценах существует – однако отражает особенности места и времени.

В палатке прямо у городского дома товар дороже рынка на окраине. Дешевле рынок, удаленный на два-три часа и более езды, скажем, в Волоколамске или Шаховской. В Жуковке, на Рублево-Успенском шоссе (Рублевке), или на дороге от Глухово к Николо-Урюпино, рядом с Новорижским шоссе (около «Ильинки»), цены бесстыдно высоки – но непомерны и доходы окрестных домовладельцев. Ниже среднего цены на мелкооптовых рынках и базах, но эта дешевизна относительна: расположены они на МКАД или в промзонах, доступны лишь автовладельцам, имеющим дома место для хранения запасов плодов и овощей и не боящимся терять время в пробках. Разница всех помянутых цен объясняется расходами на доставку и аренду торговых мест (аренда отчасти отражает покупательную способность жителей). Однако это не объясняет общего высокого уровня цен.

Наблюдение второе. Разница в ценах Москвы и провинции велика. Вот Борисоглеб Ярославской области, от столицы около двухсот верст. Цены ниже в полтора-два раза, хотя также немалые. (Речь об одинаковых товарах, стандартном плодоовощном импорте, оптовые цены которых на входе в страну одни и те же для всех торговцев.) Очень существенное превышение цен в Москве и области дает основание утверждать, что московские торговцы извлекают крайне значительную монопольную сверхприбыль. Предполагаю, что и жители других крупных городов платят дороже. Однако и это также никак не объясняет высокого общего уровня цен даже в глуши.

Наблюдение третье: за редчайшими исключениями, торгуют плодами дети южных краев – «приятно смуглявые», выражаясь словами Макара Нагульнова. Что на рынках, что из палаток, что с лотков. Среди наемных продавцов еще можно встретить русака – однако хозяева непременно с юга. Занятно, что в почти совсем великорусском по составу населения Борисоглебе плодоовощная торговля ведется двумя серьезными мужчинами того же южного вида, что и их московские товарищи. И вот это объясняет высокий уровень цен по всей стране. (Местный товар: лесная земляника и черника, садовая смородина и клубника, ростовский синий лук, огородная картошка, кислая капуста, соленые огурцы, – пока еще в руках здешних русопятых бабушек.)

Единство ценовой политики и сверхприбыль – признаки монополии. «Моноэтничность» торговцев – свидетельство принадлежности монополии «клану», «землячеству», «диаспоре» (выберите слово по нраву). Да и то, как торговцы между собой на рынках общаются, показывает, что отдельные хозяева находятся в серьезной спайке между собой. Действительно ли они самостоятельные хозяева, или просто члены куда большего целого? Очевидно, что принадлежность к одной нации – важнейшее условие устойчивости плодоовощной монополии.

Наблюдение четвертое. Не видно у детей юга местных конкурентов, хотя обычно под «зонтиком» монопольной цены кормятся многочисленные аутсайдеры. Не иначе держат «специально обученных людей», препятствующих появлению конкурентов. Случавшиеся в СМИ в разные годы сообщения, что какие-то решительные лица не пропускают в Москву грузовики с дарами садов и огородов, тормозя их на подъезде к столице и предлагая аутсайдерам за товар гроши, либо разворачивайся и езжай восвояси, догадку подтверждают.

Пишут также, что устранение конкурентов отчасти идет силами подкупаемых чиновников и полицейских. Очень вероятно – глупо не использовать устойчивые связи с ними, так и так необходимые: известно из науки, что от трети доходов организованной преступности идет на подкуп надзирающих лиц.

На преступный способ ведения дел указывает и исключительно наличный оборот, отсутствие кассовых машин и приема платежных карт (это наблюдение пятое): слухи, что налоговые сборы с базы в Бирюлеве, скажем, явно несопоставимо малы по сравнению с размерами оборота, уже публиковались. Далее, наличие значительных незаконных денег всегда привлекает откровенных уголовников-вымогателей.

В сложных случаях, как показывает всем видимый пример с бирюлевским убийцей, «диаспора-монополия» получает поддержку от посольства, то есть от самого государства страны своего происхождения. Не приходится сомневаться, что подобная поддержка – не исключение, но правило: просто обычно сведения о ней в СМИ не попадают. Про этнические общественные организации, политически «оформляющие» диаспоры, всем известно и так.

Итак, культурно и религиозно чуждая местному населению диаспора держит по всей территории сугубо искусственную монополию, совершенно экономически не свойственную мелкой розничной торговле, коренящуюся в уголовном мире, и опирающуюся на продажный чиновный элемент, а также силу государства своего происхождения. Диаспора систематически грабит покупателя, поддерживая правдами и неправдами монопольно высокие цены. Налогов в казну России и ее городов платят ничтожно мало считая в отношении к оборотам. Монопольная сверхприбыль питает воровские общаки, а в значительной мере – это догадка – перетекает в южные края. Выгоду извлекают уголовные и полууголовные воротилы и взяточники, в том числе в другом государстве, а платит за все население России, особенно Москвы и прочих крупных городов.

Выражусь определеннее. В стране за два десятилетия сложилась высокоорганизованная этническая преступная группировка, насчитывающая два и более миллиона лиц разной степени вовлеченности, имеющая десятки миллиардов долларов оборота, поддерживаемая иностранным государством под видом помощи соотечественникам и имеющая в том числе и с виду легальные члены: те самые мелкорозничные предприятия, где все мы покупаем овощи и плоды. (С виду, потому что полная уплата налогов сомнительна.) И это только видимая часть «айсберга», о невидимой можно лишь гадать. При этом члены диаспоры очевидно лояльны ей, а возможно, и государству страны происхождения, но вряд ли лояльны России, даже если имеют наше гражданство. Речь идет практически о государстве в государстве.

Выдворение из страны лиц, вовлеченных в диаспору-монополию, ликвидировало бы разом все названные язвы. Любые иные меры дали бы лишь временное и весьма условное облегчение. Вопрос в том, сколько штыков в порядке «самозащиты» способна выставить подобная даиспора и готовы ли наши правоохранители к подобному столкновению. Но ясно, что названная мера в отношении этой и прочих подобных «диаспор» – единственное средство снять национальное (по меньшей мере – национальное с виду) напряжение.

И в чем же неправы русские националисты, призывающие народ скинуть гнусное иноземное ярмо, вырезав раковые опухоли экономики и общества, если этого не может или не хочет сделать наше собственное правительство?

Источник: http://expert.ru/2013/10/18/chto-stoit-za-biryulevskim-buntom/

Источник: 
автор: 
Наталья АБРАМЕНКО
Раздел: 
Общество
автор:
Сергей САХАРКОВ

Новости партнеров: