Зачистка истории

05/02/2007 - 13:24

Заявления эстонских властей о том, что у подножия Бронзового солдата покоятся недостойные люди, не выдержали испытания фактами. Вышеупомянутые добыли в архивах Таллина и Москвы

Старушка история блуждает по кругу. В этом в очередной раз убеждаешься, перелистывая пожелтевшие газеты и пыльные архивные папки... Шестьдесят один год назад памятник Воину-освободителю в Таллине уже пытались уничтожить. Тогда на месте сегодняшнего бронзового солдата стояла скромная фронтовая "пирамидка" со звездой на вершине. В ночь на 8 мая 1946 года таллинские школьницы Агеэда Паавел и Айли Юргенсон заложили под памятник самодельную бомбу и подорвали ее. Власти монумент быстро восстановили, но машина вандализма заработала: вскоре советские военные памятники были взорваны в городах Раквере и Тарту.

В апреле 2007 года дело юных бомбисток продолжили власти Эстонии. Взорвав, правда, не сам памятник, а общественное мнение. В ночь на 26 апреля полицейский спецназ жестко зачистил от митингующих территорию, прилегающую к монументу Воина-освободителя. Одновременно власти приступили к его сносу. На следующую ночь обстановка в Таллине многим напомнила недавние парижские погромы: поджоги, вандализм, слезоточивый газ и водометы, убитые, раненые, арестованные. Политических дров наломал и премьер-министр Эстонии Андрус Ансипа. Накануне он заявил буквально следующее: "В центре Таллина захоронены пьяницы и мародеры, советские солдаты, которые, будучи пьяными, попали под свой танк, расстрелянные мародеры и скончавшиеся пациенты из расположенной неподалеку больницы". "Итоги" отправились в российские и эстонские архивы, чтобы установить, кто в действительности был похоронен на злополучной площади Тынисмяги.

Факты
В 2004 году Кюлли Хольстинг, сотрудник Департамента культурных ценностей Эстонии, и Урмас Оолуп из городского архива Таллина решили отыскать документальные свидетельства о времени и обстоятельствах похорон советских солдат на площади Тынисмяги. Они поставили перед собой цель найти ответы на три вопроса: имеются ли вообще в эстонской столице могилы красноармейцев; если да, то когда они там появились; сколько тел там захоронено в общей сложности? "Подтверждение тому, что в зеленой зоне Тынисмяги возле церкви Каарли, где стоит памятник Освободителям, находятся могилы времен Второй мировой войны, было получено еще в 1995 году, когда в ходе перепланировки площадки перед монументом была выкопана траншея для посадки деревьев. Во время работ ковш экскаватора вытащил из земли фрагмент тонкой доски. По заказу управы Центральной части города акционерное общество Agu провело археологические исследования, в ходе которых подтвердилось, что речь идет "о нехристианском захоронении нового времени", - рассказывает "Итогам" Урмас Оолуп. - В отчете не указывалось конкретное место захоронения, однако говорилось, что его можно обнаружить по центральной оси монумента с севера на юг, что было рекомендовано учитывать при проведении дальнейших земляных работ".

Итак, факт захоронения можно считать доказанным. Теперь попробуем понять, при каких обстоятельствах погибли и были преданы земле те, останкам которых, похоже, предстоит пережить еще одно - третье погребение. Справочные издания советского периода, как правило, ограничиваются общей информацией о том, что возведенный памятник посвящен погибшим при освобождении Таллина красноармейцам. Так, во втором томе издания "Эстонский народ в Великой Отечественной войне Советского Союза 1941-1945" написано: "ЙТрудящиеся Таллина выразили искреннюю благодарность освободителям и особое признание героям сражений, отдавшим свои жизни при освобождении столицы Эстонской ССР. 25 сентября 1944 года в Таллине на Тынисмяги с большими почестями были похоронены заместитель командира дивизии полковник К. П. Колесников, командир 657-го стрелкового полка подполковник М. П. Куликов и другие погибшие".

В апреле 1945 года эстонские газеты писали о еще одной траурной церемонии на Тынисмяги. 14 апреля газета Rahva Haal сообщала: "Траурный кортеж медленно движется по улицам Таллина. Венки, траурные флаги, двенадцать красных гробов на машинах, а за ними скорбящие жители города. Бойцов Красной армии, погибших 22 сентября 1944 года при освобождении столицы Советской Эстонии, похоронят в братской могиле". 17 апреля газета Noorte Haal писала: "В субботу, 14-го числа, прошло захоронение в общей могиле двенадцати героических бойцов Красной армии, погибших в день освобождения Таллина от гитлеровских поработителей". 15 апреля в газете "Советская Эстония" было размещено сообщение: "Bчера трудящиеся эстонской столицы провожали в последний путь офицеров и бойцов Красной армии, павших за освобождение братского эстонского народа, за освобождение Таллина. Их двенадцать. Запомним имена героев: гвардии майор В. И. Кузнецов, капитан А. М. Брянцев, капитан Серков, лейтенант В. Е. Волков, младший лейтенант И. М. Луканов, гвардии сержант В. И. Давыдов, гвардии старшина Х. Пикало, гвардии старшина Елена Варшавская, красноармеец Д. А. Белов и еще трое неизвестных солдат. Они были похоронены в разных местах, а вчера их останки были перенесены в братскую могилу на широком бульваре Тынисмяги".

В документах Таллинского городского комитета ЭКП(б) за период с 10 по 20 апреля 1945 года можно прочитать следующее: "...В сотрудничестве с другими отделами проведено перезахоронение солдат и офицеров Красной армии, погибших при освобождении Таллина, и организован посвященный этому митинг с 20 000 участников". Можно предположить, что в апреле 1945 года советские власти как раз и занимались перезахоронением. Документов комендатуры Таллинского гарнизона нет в архивах Эстонии, и воспользоваться ими невозможно. Как и установить, кто принимал решение о захоронении, раздавал указания и откуда взяты тела, которые были захоронены на Тынисмяги.

Слухи
Информации об обстоятельствах смерти людей, захороненных на Тынисмяги, действительно совсем мало. Но она есть. И отличается неоднозначностью трактовок. "Итоги" внимательно выслушали эстонских исследователей, а затем отправились в Институт военной истории и Центральный военный архив Министерства обороны РФ, чтобы, как говорится, сравнить показания. И не услышать на словах, а воочию увидеть документы об обстоятельствах гибели военнослужащих.

Итак, по порядку. "Существует версия, согласно которой 25 сентября 1944 года на Тынисмяги были похоронены три красноармейца, которые пытались украсть водку с алкогольного завода "Ливико" и которых по приказу коменданта города Таллина полковника Василия Вырка расстреляли как мародеров, - рассказывает "Итогам" сотрудник Эстонского фонда расследования преступлений против человечества Пеэтер Каазик. - Среди них и "неизвестные" Сысоев и Куликов. Именно поэтому о них умалчивали в течение десятилетий, а лишь потом огласили фамилии, известные с самого начала. Существуют воспоминания о бурном и веселом праздновании красноармейцев в день освобождения Таллина. По еще одному утверждению, два пьяных красноармейца попали под танк в центре города, где и были похоронены. Участвовавшая в открытии памятника в 1947 году Айли Йыги вспоминает, что в гараже стрелкового корпуса на Тынисмяги, который находился под так называемым генеральским домом, шофер Яан Кююнемяэ, ставший позднее известным мотогонщиком, говорил ей: "Красноармейцы безнаказанно грабили в то время квартиры в Таллине. Три таких мародера случайно вломились к "своему парню" - офицеру. В результате политрук их расстрелял". Трупы закопали недалеко от церкви Каарли. Своя версия связана и со смертью санинструктора Елены Варшавской, погибшей у памятника экипажу русского броненосца "Русалка" в Таллине. Боев там не было, а потому есть утверждения, что Варшавская была изнасилована и затем убита, чтобы скрыть следы преступления".

Как видно, именно этими свидетельствами и мотивирует премьер-министр Эстонии Андрус Ансип решение о сносе памятника и эксгумации тел погибших. Обратившись за помощью в Центральный архив Минобороны и Институт военной истории, "Итоги" обнаружили иные свидетельства.

Документы
- Военным архивам чужда пресловутая "советская пропаганда", - утверждает сотрудник Института военной истории полковник Мирослав Морозов, вместе с которым мы занимались изучением документов, связанных с событиями той поры. Нами были подняты не только данные на погибших красноармейцев, но и сводки политотделов, куда вносилась вся информация, в том числе о случаях мародерства и других преступлениях и нарушениях воинской дисциплины. Уж этим-то документам можно доверять. Начнем с людей, о которых упоминает Пеэтер Каазик.

"Неизвестные" Сысоев и Куликов оказались старшим лейтенантом Сысоевым Иваном Михайловичем, парторгом 657го стрелкового полка, и подполковником Куликовым Михаилом Петровичем, командиром того же полка. К слову сказать, дважды кавалер ордена Отечественной войны. Оба офицера убиты 22 сентября 1944 года, когда бои за Таллин вступили в завершающую фазу и были особенно ожесточенными. Трудно поверить, что в разгар сражения командир полка и политрук, бросив позиции, отправились за водкой! Нет, водку на войне, конечно, пьют, но чтобы два старших офицера лично отправились громить винокурню - это из разряда анекдота. К тому же материалы политотдела Эстонского стрелкового корпуса, где фиксировались все случаи мародерства, этих фактов не содержат.

Теперь о Елене Варшавской, точнее, "гвардии старшине медицинской службы, фельдшере 2-го дивизиона Варшавской Елене Михайловне 1925 г. рождения". В именном списке потерь личного состава 40-го гвардейского минометного полка значится, что 22 сентября 1944 года в 23.00 она была сбита автомашиной.

Причина, по которой этих троих погибших вдруг записали в "мародеры" и "жертву изнасилования", проста - информация об обстоятельствах их гибели стала известна не сразу. Да и долгое время было неясно, сколько человек в общей сложности захоронено на Тынисмяги. Эту заминку идеологи сноса памятника и взяли на вооружение.

- Первоначально было известно девять имен и трое неизвестных, - рассказывает "Итогам" Урмас Оолуп. - После того как в мае 1946 года взорвали деревянный памятник, на восстановленном значилось уже одиннадцать имен и ни одного неизвестного. На открытом в 1947 году бронзовом памятнике мемориальная доска содержала одиннадцать имен и двоих неизвестных. Ими впоследствии и оказались Сысоев и Куликов.

Теперь о тех, кто якобы, "будучи пьяными, попали под свой танк". А таких, если руководствоваться заявлением нынешнего эстонского премьер-министра, получается как минимум восемь человек. Это заместитель командира дивизии полковник Константин Колесников, командир минометного взвода лейтенант Василий Волков, командир полка майор Василий Кузнецов, парторг полка капитан Алексей Брянцев, начальник разведки капитан Иван Серков, ефрейтор Дмитрий Белов, командир орудия сержант Василий Давыдов и младший лейтенант И. М. (полные данные об имени отсутствуют) Луканов. Если верить эстонской версии, все они полегли под одним танком. В документах, предоставленных "Итогам" архивом Минобороны, напротив фамилий всех перечисленных военнослужащих значится: "Убит 21-22 сентября 1944 года". К тому же в случае с санинструктором Еленой Варшавской мы убедились, что в сводках потерь личного состава точно фиксировалась причина смерти: убит - значит убит, попал под машину - значит попал под машину.

Осталось расшифровать туманный намек о "скончавшихся пациентах расположенной неподалеку больницы". Видимо, речь идет о старшем сержанте Степане Хапикало, который, согласно архивным данным, "умер от болезни 28 сентября 1944 г. в 2623-м терапевтическом полевом подвижном госпитале".

На самом деле то, что бронзового солдата в Таллине снесут, всем было ясно с самого начала. Например, ничто же не помешало не так давно разрушить в Таллине памятник еще одному герою Великой Отечественной - матросу Евгению Никонову, останки которого перенесли на его малую родину, в Самарскую область. Только тогда все было сделано по-тихому, без митингов и демонстраций силы. Впрочем, "таллинскому синдрому" подвержены и наши чиновники. Например, совсем недавно в подмосковных Химках разрушили монумент воинам Великой Отечественной. Могилы советских летчиков вскрыли ранним утром, чтобы было поменьше свидетелей. Официальная версия - необходимость расширения шоссе. Так что покоя праху погибших нет ни на чужбине, ни на родине. Что ж, память ведь - понятие эфемерное, это что-то вроде души. И она не имеет ни религии, ни национальности. Просто она либо есть, либо ее нет...

Григорий САНИН, Любовь СЕМЕНОВА

Таллин - Москва

Раздел: 
Публикации
автор:
Сергей САХАРКОВ

Новости партнеров: