Откровенно о Донецком ополчении

06/24/2014 - 12:04

Кто, как и за что воюет на Донбассе?
Ответы на этот вопрос всегда противоречивые.
Вот что рассказал об этом один из бойцов батальона «Восток».

По вполне понятным причинам этот человек хочет остаться неизвестным. Сейчас то, что он делал на территории другой страны, вроде бы оценивается российскими властями с положительной стороны, но что будет завтра, не знает никто. Ветер истории может перевернуть все с ног на голову, так бывало не раз. Однако как автор этих строк могу сказать, что этого парня я знаю достаточно давно и поводов не доверять ему он никогда не давал. Впрочем, необходимо отдавать себе отчет в том, что все, что здесь написано, — всего лишь мнение одного человека. Ему 36 лет, он постоянно проживает в Ростове, как ни пародоксально, но он мусульманин.
Многонациональный батальон
— Расскажи, как перебирались через границу, — спрашиваю я.
— Как контрабандисты, через поля, — отвечает мой собеседник. — На это ушла вся ночь. Мы шугались и наших пограничников, и украинцев.
— Были на грузовике?
— И пешком, и на грузовике.
— Правда ли, что ты был в чеченском батальоне «Восток»? Кому он подчиняется?
— Да, но он не чеченский, он многонациональный! Кроме чеченцев там есть афганцы, татары, калмыки, якуты, казаки, русские, осетины. Недавно погиб парень из Якутии. Был отличный снайпер, остались трое детей. Мы его звали Клим, но настоящее это имя или позывной, не знаю. Нельзя говорить, что «Восток» — батальон Кадырова. Кадыров тут вообще ни при чем.
— Все же кто сейчас руководит этим батальоном?
— Сейчас им руководит Александр Ходаковский, бывший командир донецкого отряда «Альфа» СБУ. По поводу него могу сказать, что это честный, порядочный человек. Но кто-то со стороны противника уже составил его психопортрет и хорошо на этом играет. Пытаются слить — подставляют по-всякому... Так получилось и с аэропортом. У него нет большого опыта ведения боя, но как политик он подходит идеально.
Третья сила
— Что за история была с аэропортом в Донецке?
— Ходаковского заверили очень серьезные люди, как со стороны Украины, так и со стороны других сил, что все пройдет мирно. Суть была в том, чтобы ополченцы заняли один из терминалов, противоборствующие силы посмотрели друг на друга и разошлись. Цели убить там кого-то вообще не было! Честно говоря, мы чувствовали, что там подвох. Такого просто не бывает! Хочу отметить, что ополченцы вели себя очень достойно. Там были банкоматы, магазины, но мы ничего не тронули! Единственное, что мы взяли уже после боя, — это воду.
С противоборствующей стороны были очень хорошие ребята — кировоградский спецназ. Многие из наших бойцов были знакомы с ними лично. Они вышли на связь и сказали, что не будут в нас стрелять. Но вмешалась третья сторона: наемники олигарха Ахметова. И тогда повторился киевский сценарий, когда снайперы «работали» по обеим сторонам. Все, кто был в аэропорту, были приговорены...
— И одна сторона, и другая?
— Да. Тогда у нас убили одного, а восемь были ранены. Я знал каждого из этих ребят. Какие потери были у спецназа, я не знаю. Но знаю, что они выходили на связь и сказали, что вмешалась третья сторона с непонятным обмундированием, вооружением. Если дословно, то сказали так: «П… и вам, и нам». Так и было. Одни зенитки били по ним, другие по нам. Потом уже кировоградцев все же вынудили открыть огонь по нам. А нас — по ним.
— Хочешь сказать, что это собственная армия Ахметова?
— Да. Сейчас у всех крупных бизнесменов Украины есть собственная армия. У Ляшко, у Коломойского. У них высококлассные снайперы, самое лучшее оружие.
— И зачем же такой ход может быть нужен Ахметову?
— Он должен получить за это многомиллиардную страховку. Посмотри, чей это аэропорт и насколько он застрахован!
Подтвердить или опровергнуть эту версию трудно, здравый смысл в ней есть. Однако в открытом доступе есть информация, что страховая компания «АСКА», принадлежащая Ринату Ахметову, является страховщиком аэропортов в Киеве, Львове и Донецке. Выходит наоборот: если Ахметов — владелец страховой компании, а не аэропорта, то платить придется ему. Впрочем, дела столь крупных бизнесменов — дело сложное, и вполне возможно, что Ахметов действительно был заинтересован в подобном исходе.
Кто есть кто
Между тем даже если это не так, то в этой истории все равно есть очень важный момент: сил, которые воюют на Донбассе, намного больше, чем две.
— Может, как-то обрисовать картину: кто есть кто хотя в ополчении? — прошу я собеседника. Он достает из кармана какой-то листик, но фотографировать не разрешает, говорит — секретно.
— Ополченцы — это казаки Козицына, батальон Восток, Русская православная армия, «Оплот», а еще отряды отдельных командиров: Губарева, Стрелкова, Пургина, Пушилина, Игоря «Беса» Безлера и Бородая, — читает он с листика.
— У этих людей нет внутренних споров друг с другом?
— Возможно, есть некоторое недопонимание. Согласовывать действия во время войны сложно.
— Есть ли какой-нибудь координационный центр?
— Не знаю.
— А ваши противники?
— О них знаю меньше. Нацгвардия, «Правый сектор» и куча наемников. Это и армии олигархов, и члены американской частной военной компании Blackwater (с 2009 года она называется Academi. — Прим. автора). Еще мы ликвидировали двух девушек-снайперов. Полагаем, что они из Прибалтики. Их оружие было американского и канадского производства, с тепловизорами. Еще есть грузины.
— Ты рассказывал, что кто-то действует под видом ополченцев...
— В некоторых районах под видом ополченцев действуют люди из «Правого сектора». Они начинают мародерствовать, требовать деньги, расстреливать машины и снимать свои похождения.
В самом же ополчении за воровство и мародерство — расстрел на месте.
Техника Козицына — без крови
— Расскажи про атамана Козицына и том, как он воюет.
— Козицына тоже сейчас сливают. О нем пишут много гадостей: что его казаки пьянствуют и мародерствуют. Но я прошу: покажите хоть одну фотографию. Его ребята участвуют в боевых действиях? Практически нет! Когда нужно было сделать коридор для раненых или беженцев, он через свою разведгруппу предупреждал украинских пограничников: туда не ходите, мы будем туда стрелять. И действительно стрелял. Он позволял противнику отойти, сменить дислокацию, чтобы матерям пришло как можно меньше гробов.
— И он тоже воюет без подпитки от России?
— Все они без подпитки! Если бы они были с подпиткой — у них было бы такое вооружение, что ни один бандеровец не ступил бы на землю Новороссии. Все деньги передают неравнодушные люди, частные спонсоры.
В госпитале кормят всех
Все время, пока мы разговариваем, моему собеседнику то и дело звонят. Основная тема — раненые в госпитале. Договаривается, какое лекарство им купить, какие продукты.
— Знаешь, недавно я был на пресс-конференции у министра здравоохранения Быковской, — говорю я. — И почти все журналисты так или иначе пытались выяснить, есть ли в ростовском госпитале бойцы нацгвардии и «Правого сектора»...
— Врачу все равно, кого лечить, — говорит он. — Врач на войне — неприкосновенное лицо. Мы только что привезли в госпиталь еды на 10 000 рублей. Я собирал по своим друзьям. Когда мы приносим еду туда, мы сразу говорим — это на всех. В госпитале нет противников, есть раненые. И все они едят в одном помещении, «из одной тарелки».

Источник: МК на Дону

Источник: 
автор: 
Юлия Вершинина
Раздел: 
Общество
автор:
Сергей САХАРКОВ

Новости партнеров: