"...мы не многого от Бога хотим, без указа, без пана, без окрика, жить Казачьим Присудом своим". Павел Поляков.

06/06/2013 - 00:15

Делая почин в новой, казачьей, рубрике газеты публикуем произведение одного из лучших современных поэтов. Этим стихом постараемся вместе с автором ввести будущего читателя в мир казачьей души. В первый и последний раз мы прикоснемся к истокам казачества для того, чтобы закончить на страницах этой газеты спорить о происхождении и истории народа казаков.
Надеемся, что все последующие публикации будут носить информационно-аналитический характер и станут рассказывать не о прошлом, каким бы славным или наоборот грустным оно не было бы. Мы собираемся говорить с читателем о современности. О наших друзьях и соседях именующих себя казаками или потомками казачьих родов. Об их понимании современного мира. О влиянии окружающей действительности на их жизнь нынешнюю и будущую жизнь их детей. Мы будем рассказывать о современных течениях в казачьих обществах, о казаках в политике и бизнесе, о казаках служащих государству и держащих управление государством и обществом в своих руках.
Но главное о чем мы будем говорить в каждом номере и каждой статье - это любовь отца к своему ребенку, любовь казачьего народа к России.
Юрий Дегтярев.


ЛЕГЕНДА О БЕЛОМ ОЛЕНЕ
Евгений Меркулов
(по мотивам "Легенды об Оленях" П.С. Полякова
из романа "Смерть Тихого Дона")

В глубине седых веков на Донском раздолье
Дал Господь для казаков степи в Диком Поле.
И на вечны времена в знак благоволенья
Он послал своим сынам Белого Оленя

С тем, чтоб люди никогда ни в словах, ни в деле,
Зверю доброму вреда учинять не смели.
Так и жили много лет предки миром-ладом,
Чтя Божественный Завет, с круторогим стадом

По законам вольных птиц, без вражды и злости.
Но однажды у границ появились гости.
- Хто такие и откель протоптали тропы?
- Мы из северных земель беглые холопы.

Там у нас боярский гнёт крепнет год от года,
Лютый царь как воду пьёт кровушку народа.
Казни, лязганье оков, страшная картина...
Стоят жизни мужиков меньше, чем скотина.

Ох, не стало нам житья никакого боле,
Вот, и в дальние края мы пошли за волей.
Где могучий Дон-отец катит полны воды,
Вкус познаем, наконец, счастья и свободы.

В ноги падаем донцам - Сжальтесь, добры люди,
Дайте бедным беглецам землю на Присуде.
Не гоните, казаки, нет назад дороги.
Ведь у Дона, у реки места хватит многим. –

И казачий круг решил, что своей землицей
От щедрот донской души можно поделиться.
- Что же, ладноть, в добрый час! Место есть покуда.
Оставайтесь промеж нас на земле Присуда.

Но от рабского клейма отвыкайте, братцы.
С Дону выдачи нема, нечего бояться.
Нет невольничьих цепей, каторги, острога.
Обживайтесь средь степей, поминайте Бога.

II

День за днём, за сроком срок пролетали годы.
Не слабел донской поток, не мелели воды.
Ночка близилась к концу, звёзды в небе стыли,
К атаманскому крыльцу на кобыле в мыле

Прискакал да не казак, не донец весёлый,
А насупленный вожак беглых новосёлов.
- Слушай, батько, дело есть, объявляй тревогу.
У меня худая весть. Я прошу подмогу. –

По призыву на майдан собралось народу.
Вышел пришлый атаман, поклонился сходу.
- Со своих уйдя земель, с казаками вместе
Мы живём, но и оттель получаем вести.

И сейчас наш край родной покорён жестоко,
На него пошли войной полчища с востока.
Всех, кто молод и силён, из родимой хаты
Забирают в свой полон вражьи супостаты.

Бьют детишков, стариков, храмы жгут, иконы...
И рекой струится кровь, и стекает к Дону.
Рушат древние кресты в городах и сёлах.
Помогите нам, браты, объявите сполох.

В этой праведной борьбе с ворогом по праву
Вы стяжаете себе воинскую славу.
Долго думали донцы и решили: "Любо!"
И заржали жеребцы, заиграли трубы.

Бьются в дальней стороне ради дутой славы
И в чужой для них войне падают на травы.
Ну, а дома вой, да рёв, вдовы, да ребята.
Без отцов, да без мужьёв жито не дожато.

На Присуде мор и глад, чёрными ночами
Хутора на степь глядят мёртвыми очами.
Даже если вой-герой приходил с увечьем,
Угощали лебедой... Боле было нечем.

III

Хтось от голода забыл Божье повеленье
И стрелою завалил Белого Оленя.
Только сели жарить плоть, всюду потемнело,
И сказал с небес Господь - Злое вышло дело.

Дон был даден казакам и донские степи,
Чтобы жили вы века в этом благолепьи.
Вы ж ушли с родной земли против Божьей воли,
Славу бренную нашли там на бранном поле.

И когда же глад затряс ваши поселенья,
Погубили, убоясь, Моего Оленя.
Здесь, над степью, над рекой, принял Я решенье:
Павшим воинам - покой! Нет живым прощенья! –

Чёрный вран свои крыла вскинул, словно руки,
И легла на землю мгла, и утихли звуки.
Нет сияния зарниц, потянуло тленом,
Казаки упали ниц в ужасе священном.

Вдруг раздался детский писк, вслед другой, ... десятый...
Горький плач пробился ввысь, в Божии палаты.
И Всевышний услыхал в тонком детском плаче,
Что невинных наказал за грехи казачьи.

Поднял лик Господь в слезах светлыя печали,
И от слёз на небесах звёзды засияли.
Солнца пламенный венец тьму рассеял сразу
И решил простить Творец чад своих проказу.

- Вам реку еще одно Божье откровенье:
Много крови суждено зря пролить в сраженьях.
Да и слуги сатаны будут всяко-разно
Вас толкать в круги войны, да пытать соблазном,

Путать с верного пути, и наступит время,
Выбьют вороги почти всё донское племя.
Но не будет казакам Моего прощенья,
Не придут сюда пока новые Олени.

Чтоб не скрылся судный день дней других золою,
Дам вам герб, а в нём Олень, раненный стрелою.
Пусть запомнят казаки новых поколений –
В этом знаке и грехи, и залог спасений.

Там, где зверь мой был убит, дол залив рудою,
Нынче озеро вскипит чёрною водою.
И когда в урочный час воды станут сушей,
Это будет знак для вас - прощены все души.

Март, 2011

ЕЛЕНЬ ПРОНЗЕН СТРЕЛОЮ - древний герб Донских Казаков. Генерал А. И. Ригельман в "Повествовании о Донских Казаках" пишет: "От начала же оное Войско или правительство оного имело и ныне еще имеет небольшую печать с изображением оленя, пораженного стрелою и с надписью вокруг оного: Печать Войсковая, олень поражен стрелою. Оную употребляли да и ныне употребляют по Войску своему. Есть ли что малое какое повеление следует послать, то от Канцелярии, за печатью оной, дьяк на полулисте, то есть в четверть писанное, повеление без закрепы посылает, что приемлется за повеление Войсковое". Следовательно было достаточно одной печати без подписи дьяка или атамана. Возрожденная в 1918 г. республика Всевеликое Войско Донское пользовалась тем же изображением для своего герба, но именовалось оно иначе: "Елень пронзен стрелою". В рамке простого геральдического щита на голубом поле изображался белый олень, пронзенный черною стрелою, в позиции стоящей, с рогами в три и четыре ветви.

Идея герба связана с преданиями глубокой старины. Легенда о таинственном олене, уходящем от охотников, была известна в Подонье (Танаиде) уже в первые века нашей эры и относилась историками к киммерийцам, гуннам и готам. Она записана Прокопием из Кесарии (Война с Готами), Иорданом (Гетика), Созомоном (История Церкви) и некоторыми другими древними авторами. Может быть, не случайно иранское понятие "сака" - "олень" вошло в состав нашего первоначального имени Кос-сака. Кос-сака на скифском языке значило "белый олень".

От 1709 г. наступила новая фаза отношений Дона с царями, мало изменившихся до революции. Донские Казаки находились на положении народа, покоренного и смирившегося, но общими порядками империи не усвоенного. Земля Донских Казаков получила статус колонии с некоторыми остатками автономного самоуправления.

Древний донской герб "Елень пронзен стрелою" повелением Петра I был отменен и, как бы в насмешку, введен новый - "голый Казак на бочке". Он должен был, вероятно, припоминать Казакам ободранным донага, что царь может в любой момент приказать им взорвать под собою бочку с порохом. От этого времени жизнь Дона, помимо воли, включилась в русло истории российской. Память о былой независимости сохранялась только в преданиях.
Евгений Меркулов.

Источник: 
автор: 
Юрий Дегтярев
Раздел: 
На ПРИСУДЕ
автор:
Сергей САХАРКОВ

Новости партнеров: