«Он же в церкви не плясал. Подумаешь, убил кого-то...»

04/29/2013 - 17:26

Человеку, который причинил смерть брату известного шоумена, ростовский судья Кравченко вынес весьма мягкое наказание

«Шестерка» с неработающей фарой, как сумасшедшая, мчалась по улице вдоль Дона. За рулем ее — Василий Шандыба, возвращающийся со свадьбы и довольный жизнью. Когда на пешеходном переходе мелькнула тень, раздался удар, и тело было отброшено от машины, водитель даже не обратил на это особого внимания. Мало ли кто по ночам по городу шляется.

Правда, на следующий день, пораскинув кой-каким умишком, решил, что если уж сбил человека насмерть, так надо что-то делать. Снял с машины поврежденный бампер, заменил, подкрасил другие повреждения. Раздолбанный «ВАЗ-2106» стал прямо как новый.

Шандыбу все равно нашли — по данным камер «Безопасного города». Но вместо того, чтобы признаться во всем и раскаяться, он начал рассказывать дикие истории: якобы погибший упал на него сверху, с Ворошиловского моста. Ну мало ли, самоубийством покончил!

Возможно ли такое самоубийство? Погибший — Александр Слепаков, двоюродный брат шоумена Семена Слепакова, студент ЮФУ. Жизнерадостный парень, у которого впереди была вся жизнь. Хотел стать режиссером, готовился к этому. Единственный ребенок у своих родителей. Не пил даже пива, не курил, наркотики уж тем более не употреблял. Конфликтов тоже не было, а было большое будущее — об этом говорили и допрошенные в суде свидетели, его сокурсники. Но Шандыба с бараньим упорством стоял на своем.

Нашелся даже эксперт, который подтвердил версию обвиняемого. Эксперта зовут Владимир Щербаков. Личность примечательная. Когда-то в Ростове была 124-я военная лаборатория, специализировавшаяся на опознании тел погибших в Чечне. Государственная, довольно известная и уважаемая. В 2002 году ее расформировали. Щербаков решил использовать раскрученное имя в личных целях, для привлечения клиентов. И создал ООО «124-я лаборатория медико-криминалистической идентификации». То, что получилось, по сравнению с тем, что было — это как «абибас» и «адидас».

Шандыба для него как раз оказался клиентом «что надо». Щербаков подготовил для него феерическое заключение, в котором говорилось:

«…Контакт ногами с верхней поверхностью левой половины бампера автомобиля ВАЗ-2106, движущегося в попутном направлении, от чего образовалось локальное смятие конструкции бампера и повреждение пластмассовых деталей...

После контакта с верхней частью бампера произошло резкое сгибание в тазобедренных, коленных суставах и пояснично-крестцовом отделе позвоночника при неизменной ориентации центра тяжести тела под острым углом и по отношению к вектору движения автомобиля («поза ныряющего человека»)... Далее тело Слепакова А.В. отбросило вперед, и следующий контакт произошел с дорожным покрытием...»...

То есть человек спрыгнул с моста, приземлился на бампер, который практически не получил при этом повреждений; оттолкнулся от него и прыгнул вперед, а потом уже умер.

Эта экспертиза, кстати, еще и незаконна. Ее подписали три специалиста: сам Щербаков, заведующий кафедрой судебной медицины с курсом правоведения Ростовского государственного медицинского университета, судмедэксперт Дмитрий Березовский и заведующий отделом тонкостенных конструкций НИИ механики и прикладной математики имени Воровича ЮФУ Анатолий Юдин.

Должности двух последних людей не зря расписаны так подробно. Дело в том, что Березовский, являясь государственным экспертом, не имеет права проводить экспертизы в частных лавочках, коей является контора Щербакова. А Юдин вообще сертифицированным экспертом не является.

Таких «экспертов» на вранье ловить несложно. Ну и ловили. Андрей Кобызев, эксперт-автотехник государственного бюро судебно-медицинских экспертиз, высчитал, что пострадавший должен был, если верны утверждения Щербакова, развить стартовую скорость в 6 м/с и побить олимпийский рекорд в прыжках в длину с места (был когда-то и такой вид в олимпийской программе). Кобызев в суде заявил:

- Если бы был прыжок с моста, то тело Слепакова развило бы скорость примерно 80 км/ч и ударило бы автомобиль сверху вниз с силой в 20 тонн. Бампер от такого удара был бы как минимум сорван с кронштейнов. Ноги пострадавшего были бы заброшены вперед, а сам он упал на капот. Были бы повреждены капот и лобовое стекло. А ничего подобного здесь мы не видим...

Тем временем, в программе «Человек и закон» был показан сюжет, в котором редакция утверждает, что им позвонил некий представитель полиции. Он рассказал, что Шандыба находится в разработке, как участник преступной группировки, занимающейся наркоторговлей. И эта группировка осуществляет в том числе давление на участников процесса и подкуп экспертов.

Припертый к стенке (заключение Кобызева было не единственным, свое мнение официально высказал добрый десяток экспертов, которые не оставили камня на камне от того, что состряпали в «абибасе») Щербаков сказал лишь, что остается при своем мнении, просто это самое мнение у него отлично от того, что думают коллеги по экспертному цеху.

И правда, какой подкуп, о чем мы? Просто во мнениях не сошлись...

Обвинительный приговор все же состоялся, но какой... Судья Юрий Кравченко назначил наказание: один год и восемь месяцев колонии-поселения. Тогда как максимальная санкция по статье — пять лет.

«Ну а что, он же в церкви не танцевал, подумаешь, человека убил», - высказался о приговоре один из присутствующих на оглашении.

Отец Шандыбы был еще более эмоционален. Он визжал прямо, что они бедные цыгане, что Слепаков сам виноват, что ходил по ночам по городу. Мол, сидел бы дома — и ничего бы не случилось. И даже кричал, как легко можно купить наркотики и где...

Заметьте, опять наркотики. А ведь тело пострадавшего исследовали: в нем не только наркотиков, но и алкоголя не было. Вообще. Это подтвердил и судья: парень трезвый переходил по «зебре» улицу. А семья Шандыбы, видимо, хорошо осведомлена о всякой «дури»...

Так что сидите, люди, дома. Дайте всяким мерзавцам с квадратно-треугольными глазами и неизвестно в каком состоянии по городу погонять. Мешаете.

А отец погибшего парня, Владимир Слепаков, лишь сказал журналистам, что не удивлен приговором, считает его слишком мягким, гражданский иск на компенсацию вреда подать не исключает, но и не факт: измерить в деньгах потерю невозможно, а сына все равно не вернешь. И ушел домой. В уже полтора года как опустевшую после гибели Саши квартиру.

P.S. Мнение независимого юриста. Алексей Хирьянов, управляющий партнер юридического бюро «Хирьянов и партнеры»

- Почти год, проведенный в СИЗО (перед приговором Шандыба в течение 8 месяцев находился под стражей — Авт.), еще год в колонии — этого вполне достаточно, чтобы осознать, что делать так не надо.

С другой стороны, вину подсудимый не признал, поэтому, может быть, необходимо было подойти более строго и дать ему года четыре. Мера, считаю, выбрана правильно: колония-поселение, на большее он не тянет. Но срок мог бы быть и более продолжительным.

Источник: 
автор: 
Игорь Хорошилов
Раздел: 
Общество
автор:
Сергей САХАРКОВ

Новости партнеров: