Дело Сергея Зиринова. Преступник или жертва?

02/10/2016 - 11:41

Громкий процесс по делу известного кубанского бизнесмена Сергея Зиринова и пятерых анапчан, оказавшихся на скамье подсудимых в военном суде Ростова, с самого начала и по сей день сопровождается множеством скандальных подробностей. Фигуранты резонансного дела свою вину не признали, а отстраненная судом единственный адвокат Зиринова Анна Ставицкая постоянно подчеркивает, что вина ее подзащитного только в том, что он хорошо ведет бизнес, который «приглянулся рейдерам в погонах». Напомним, Сергей Зиринов, депутат регионального парламента трех созывов, владелец крупных объектов курортно-развлекательной сферы на черноморском побережье, был арестован в апреле 2013 года. Его вместе с жителями курортной Анапы обвинили в бандитизме и инкриминируют ему три эпизода. Вся доказательная база следствия построена на показаниях двух заключивших со следствием соглашение «досудебщиков» — бывших сотрудников силовых структур, работавших в охранном предприятии, услугами которого пользовались предприятия Зиринова.

В марте 2015 года судья Краснодарского краевого суда, куда изначально поступило расследованное уголовное дело, назначил дату предварительного слушания. Но вскоре выяснилось, что в Верховный суд РФ (ВС РФ) неожиданно поступило ходатайство из Генпрокуратуры об изменении подсудности. Объяснялось это тем, что у обвиняемых якобы обширные связи среди бывших и действующих сотрудников Краснодарского краевого суда и правоохранительных органов. Потому существует реальная угроза личной безопасности проживающих на территории Краснодарского края участников судебного разбирательства, в том числе присяжных заседателей. Адвокаты заявили о грубом нарушении процессуальных правил, в частности потому, что в ходатайстве не было обоснования указанных угроз. К моменту рассмотрения неожиданно выяснилось, что Генпрокуратура «передумала» и отозвала ходатайство. Но судья ВС все равно вынесла решение о передаче дела в Северо-Кавказский окружной военный суд в Ростове-на-Дону. Адвокаты подсудимых не раз заявляли о фальсификациях и нарушениях в ходе следствия. О ходе судебного разбирательства писал «МК на Дону», а не так давно в нескольких СМИ был опубликован материал, изобличающий новые подробности дела. По оценке его автора, в ходе судебного разбирательства «собрана целая коллекция фатальных нарушений и обстоятельств», и хотя, судя по тому, как ведет процесс судья Волков, «вердикт может оказаться и обвинительным, но уверенности в этом теперь не может быть даже у самых ярых сторонников версии виновности Зиринова». Мы предоставляем возможность всем, кто следит за резонансным делом, сделать свои выводы, а также надеемся, что на представленный материал обратят внимание федеральные структуры.

Юлия ВЕРШИНИНА

 

«Дело Зиринова»: судебный экватор пройден

Приговор по нашумевшему делу не за горами, однако сопровождающие скандалы делают его не столь очевидным.

В Северо-Кавказском окружном военном суде уже полгода с участием присяжных заседателей слушается «дело Зиринова», о котором подробно рассказывает своим читателям ростовская пресса. Следят за основными вехами процесса и федеральные СМИ, но той однозначности, которая звучала первые месяцы после ареста фигурантов резонансного дела, уже нет. В ходе судебного заседания произошло немало неожиданностей, однако новости по анапскому делу приходят теперь не только из суда в Ростове…

Бастрыкин объявил охоту на «оборотней в погонах»

Руководитель Следственного комитета России Александр Бастрыкин 7 декабря лично, за своей подписью, возбудил уголовное дело по ч. 3 ст. 285 УК РФ («Злоупотребление должностными полномочиями») против следователя по особо важным делам первого отдела Следственного управления СК РФ по Краснодарскому краю подполковника юстиции Николая Шлапакова.

Из постановления о возбуждении уголовного дела следует, что группа лиц, в состав которой входили житель Санкт-Петербурга С. Злобин и следователь Н. Шлапаков, разработала план по незаконному захвату имущественного комплекса аквапарка «Дельфин», расположенного в курортном поселке Небуг Туапсинского района Краснодарского края, стоимостью около полумиллиарда рублей, принадлежащего двум физическим лицам — предпринимателям из Анапы.

По заранее разработанному плану Шлапаков, пользуясь своими служебными полномочиями следователя СУ СК РФ по Краснодарскому краю, на основании документов, сфальсифицированных им и С. Злобиным, возбуждает в отношении законных собственников аквапарка «Дельфин» уголовное дело по ст. 159 УК РФ якобы в связи с незаконностью приобретения ими в 2009 году прав на этот объект, объявляет их в федеральный розыск и накладывает арест на весь имущественный комплекс аквапарка.

Далее С. Злобин инициирует в Туапсинском районном суде гражданско-правовой спор по изъятию имущества у законных владельцев аквапарка, ссылаясь на постановление о возбуждении в отношении них уголовного дела, якобы подтверждающего незаконность владения анапчанами объектом недвижимости.

Казалось бы, современная российская правовая действительность, рожденная лихими девяностыми и вскормленная тучными нулевыми, давно приучила нас не удивляться такого рода схемам матерых мошенников, работающих в связке с коррумпированными правоохранителями, но эта ситуация стоит особняком. И дело тут даже не в том, что в нее вмешался лично председатель СУ СК РФ Александр Бастрыкин, а скорее в причинах, по которым он это сделал и о которых мы можем только догадываться, полагая при этом, что они гораздо глубже, чем просто пресечение конкретного коррупционного проявления в собственных рядах.

Пресс-служба СКР распространила 11 декабря официальное заявление, из которого следовало, что обвинение подполковнику Шлапакову (чтобы не путаться, назовем дело, которое он расследовал, «делом аквапарка “Дельфин”»), связано с попыткой незаконного захвата имущества родственников Зиринова. При этом официальный представитель Следственного комитета Маркин особо подчеркнул, что Шлапаков «никогда не занимался расследованием уголовного дела банды Зиринова».

Если бы Маркин не связал эти два дела друг с другом, то и на сообщение о Шлапакове никто особо не обратил бы внимания. Однако Маркин это сделал, и сделал это, как представляется, абсолютно осознанно.

Для чего же опытный представитель СК РФ генерал-майор юстиции Маркин поспешил инициативно выступить с таким заявлением, явно бросающим тень на основное «дело Зиринова» и ставящим много вопросов о том, как, кем и с какой целью оно было изначально возбуждено и расследовалось? Ответ на этот вопрос, на наш взгляд, кроется в следующем.

Во-первых, «дело Зиринова» первоначально находилось в производстве того самого первого отдела СУ СК РФ по Краснодарскому краю, где и служил подполковник Шлапаков, следователями именно этого отдела было совершено большинство следственных и процессуальных действий в рамках расследования дела в отношении экс-депутата Зиринова. Собранные ими доказательства легли в основу обвинения в отношении всех фигурантов дела, в том числе главного — Сергея Зиринова.

Из документов, которые получили родственники Зиринова, потерпевшие от преступной деятельности следователя Шлапакова, видно, что уголовное дело «Дельфина» инициировал не столько сам следователь Шлапаков, сколько руководство первого отдела СУ СК РФ по Краснодарскому краю и непосредственно первый замруководителя СУ СК РФ по Краснодарскому краю полковник юстиции А. Маслов, который лично курирует работу этого отдела, а ранее сам его возглавлял.

Таким образом, получается, что следователи одного и того же отдела под руководством одних и тех же начальников занимаются, с одной стороны, расследованием «дела Зиринова» и собирают доказательства виновности фигурантов дела, а с другой — фальсифицируют документы и возбуждают заказные уголовные дела в отношении родственников Зиринова, чтобы захватить их имущество и бизнес.

Во-вторых, возбуждение уголовного дела в отношении Шлапакова стало возможным благодаря сотрудничеству со следствием ранее задержанного жителя Санкт-Петербурга С. Злобина. Именно его признательные показания о том, как и кто под видом расследования «дела Зиринова» планировал рейдерский захват имущества его семьи, собственно, и легли в основу решения председателя СК РФ задержать следователя Шлапакова.

Очевидно, что Н. Шлапаков, оказавшись за решеткой, тоже захочет рассказать, а может быть, и уже рассказал о том, кто стоит за желанием «отжать» бизнес Зиринова и его семьи, прикрываясь расследованием анапского дела.

Таким образом, все перечисленные обстоятельства и факты дают основания полагать, что в высоких кабинетах СК РФ, видимо, располагают какой-то значимой информацией, непосредственно связанной с «делом Зиринова», обнародование которой рано или поздно вызовет огромный скандал, а может, и юридические последствия. Вот поэтому они и решили сами, не дожидаясь часа Х обозначить информационный тренд, чтобы в последующем можно было легче избежать общественного скандала, а в случае если, например, «дело Зиринова» развалится в суде, быстро найти виноватого в этом — того же Шлапакова, и при этом сохранить лицо и честь мундира остальных членов следственной группы по делу экс-депутата и бизнесмена, обвиняемого в бандитизме.

Дежавю в стиле «Тики-Така»

16 октября прошлого года Анапский городской суд приговорил к 13 годам лишения свободы за вымогательство и мошенничество ранее судимого Виктора Палия, который появился в Анапе в мае 2013 года — вскоре после возбуждения «дела Зиринова». Он предъявил претензии на аквапарк «Тики-Так», принадлежащий (как и «Дельфин») родственникам Зиринова.

Палий, пугая собственников аквапарка связями в УФСБ по Краснодарскому краю, требовал у них 400 млн руб., угрожая в противном случае возбуждением в отношении Зиринова новых уголовных дел.

Когда в августе 2013-го на аквапарк был совершен вооруженный налет выходцами с Кавказа, которые пытались произвести физический захват «Тики-Така», преступные действия были пресечены правоохранительными органами Анапы. Однако гражданин Палий шантаж и вымогательство не прекратил, и позднее родственники Зиринова через адвоката обратились в центральный аппарат ФСБ, и благодаря спецоперации федеральных силовиков Палий был задержан в одном из московских ресторанов при передаче ему 7 млн руб. «на взятки сотрудникам Краснодарского УФСБ».

При этом в ходе расследования уголовного дела Палия, которое вели московские следователи, было установлено, что помощь ему оказывали действующие сотрудники краевого УФСБ Турбин и Костин, осуществлявшие оперативное сопровождение самого «дела Зиринова».

Таким образом, картина получается более чем интересная: с одной стороны, оперативники Турбин и Костин, осуществляющие сопровождение «дела Зиринова» под видом расследования дела о банде, помогают Палию похитить у семьи Зиринова аквапарк «Тики-Так», а с другой — следователь Николай Шлапаков, работая там же, где, собственно, и расследовалось само «дело Зиринова», фабрикует документы, чтобы «отжать» у тестя Зиринова уже другой аквапарк — «Дельфин».

Как говорится, картина маслом.

Процесс и ныне там

Тем временем в Северо-Кавказском окружном военном суде процесс по анапскому делу прошел экватор, миновав как минимум середину разбирательства. Сторона обвинения планирует выйти на оглашение приговора до майских праздников (нахождение подсудимых под стражей продлено судом до 2 мая), есть такое же ощущение и у стороны защиты, хотя внезапная болезнь подсудимого Амара Сулоева, безусловно, внесла свои коррективы в продолжительность судебного разбирательства.

Напомним, что процесс по «делу Зиринова» сразу пошел не гладко. В самом начале он ознаменовался беспрецедентным удалением из зала адвоката Зиринова Анны Ставицкой. Вопреки воле Зиринова был назначен другой адвокат, но это не сильно помогло стороне обвинения: потерпевшие стали путаться в показаниях, а свидетели — отказываться от прежних, объясняя это давлением во время предварительного следствия. В новых показаниях, в частности, перестали усматриваться какие-либо мотивы для крупного бизнесмена и успешно сделавшего политическую карьеру (депутат трех созывов ЗСК) Зиринова заказывать инкриминируемые банде убийства, а тем более самому лично участвовать в их исполнении.

Главные свидетели обвинения — «члены банды» Сапожников и Мирошников, которые признались в том числе в исполнении убийств и были осуждены отдельно от нынешних подсудимых в особом порядке еще в 2014 году, — на суде в Ростове отказались подтверждать свои показания, ссылаясь на ст. 51 Конституции о праве не свидетельствовать против самих себя. Защита подсудимых, разумеется, возражала, настаивая, что Сапожников и Мирошников ничем себе повредить уже не могут: они и так отбывают наказание за то, в чем признались. У адвокатов было много вопросов к этим свидетелям, в чьих показаниях полным-полно противоречий и нелепостей. Но судья Волков лишил защиту возможности задать эти вопросы, и хотя адвокаты Сапожникова и Мирошникова, в свою очередь, тоже пытались заявлять ходатайства о способах получения следствием «признательных показаний», это было безрезультатно.

Журналисты «Новой газеты» разыскали в Москве адвокатов Алексея Игнатьева и Дмитрия Белоногова, которых семьи Сапожникова и Мирошникова привлекли уже после их осуждения в упрощенном порядке. Независимо друг от друга оба адвоката собрали сведения из следственного изолятора в Краснодаре, свидетельствующие, что Сапожникова и Мирошникова в СИЗО посещали сотрудники Краснодарского УФСБ, осуществлявшие оперативное сопровождение «дела банды Зиринова». Такие тайные (только не для внутренних журналов СИЗО) встречи с оперативниками случались десятки раз перед важнейшими допросами у следователя, проверкой показаний на месте, перед подписанием соглашений о «сделках со следствием». В журналах СИЗО остались и фамилии сотрудников УФСБ, в том числе Романа Турбина (того самого, кто помогал Палию).

В то время адвокатами Сапожникова и Мирошникова «по назначению» числились Бурцев и Прошкин (Бурцев незадолго до этого был уволен из Краснодарского СК, где работал вместе со следователем Шлапаковым и другими следователями по «делу Зиринова»). Они исправно расписывались за гонорары, но проходную СИЗО в дни посещения их подзащитных оперативником Турбиным, а за ним и следователем, даже не пересекали.

То же самое о своих «защитниках по назначению» рассказывают и все шестеро нынешних подсудимых по «делу Зиринова». К ним весной и летом 2013 года адвокатов, выбранных их семьями, не подпускали сроком от месяца до полугода. В своих жалобах, отправленных еще в период следствия, они жаловались и на пытки, и по крайней мере в одном случае пытка током подтверждена заключением врачей. (По этому факту даже возбуждено уголовное дело, которое, несмотря на простоту, расследуется далеко не так активно, как прежде «дело Зиринова и других»).

Резюмируя ход дела в Северо-Кавказском окружном военном суде, можно сказать, что в нем собрана целая коллекция фатальных для любого судебного процесса нарушений и обстоятельств: удаление единственного защитника Зиринова, признанного мэтра адвокатуры Анны Ставицкой; избиения и пытки подсудимых электротоком; отказ свидетелей обвинения от показаний; изобличение следователей и оперативников в «отжиме» имущества подсудимых.

Вместе с тем вердикт может оказаться и обвинительным, но уверенности в этом теперь не может быть даже у самых ярых сторонников версии виновности Зиринова.

Верхушка айсберга

Два возбужденных дела по аквапаркам, принадлежащим семье Зириновых, — это лишь верхушка айсберга.

В рамках «дела Палия» были допрошены чиновники мэрии Анапы и судьи городского суда (в том числе председатель), которые рассказали о визитах к ним в 2013 году, после задержания Зиринова, сотрудников краевого УФСБ Романа Турбина и Александра Костина (все тех же).

Они требовали (в том числе в письменной форме) поднять из архивов все гражданские споры, в которых участвовали «связанные с Зириновым лица», за 15 лет. Всего таких дел оказалось более 40, и все решения по ним судьям было рекомендовано пересмотреть.

Происходило все это, естественно, под предлогом расследования «дела Зиринова».

Из администрации Анапы в суды было направлено порядка 160 исков об оспаривании прав собственности на объекты, приобретенные теми, кто, по мнению этих сотрудников УФСБ, был так или иначе связан с Зириновым.

В результате многолетних судебных споров, проходивших в судах общей юрисдикции Краснодарского края, арбитражных судах Краснодарского края и Москвы, Верховном суде РФ, абсолютное большинство исков, инициированных по указке сотрудников УФСБ Турбиным и Костиным, было отклонено.

Кроме того, в рамках самого уголовного «дела Зиринова» по ходатайству следователя первого отдела СУ СК РФ Бадалова (из того же отдела, где работал Шлапаков) на имущество более 30 физических и 40 юридических лиц был наложен арест с запретом не только распоряжаться, но даже и пользоваться им, в результате чего большая часть предприятий Анапы оказалась на грани разорения и банкротства.

Закулисная активность конкретных сотрудников Краснодарского УФСБ, о которой мы узнаем, в частности, благодаря двум делам по аквапаркам, заставляет обратить внимание еще на одно совпадение.

В феврале 2015 года произошла смена руководства УФСБ РФ по Краснодарскому краю, которое занимало свой пост с 2010 года.

Именно в этот период кубанские чекисты отметились многочисленными скандалами не только по «делу Зиринова». Так, широкую известность приобрела история риелтора-мошенника Павла Хуртина, который не только представлялся жертвам полковником ФСБ, но и непонятным образом арендовал офис в здании УФСБ РФ по Краснодарскому краю.

Сергей Зиринов утверждает, что после задержания в 2013 году сотрудники УФСБ вели с ним беседы в СИЗО, предлагая переводить бизнес на указанных ими лиц в обмен на менее тяжкие обвинения.

Но это было продолжением более давнего вымогательства. Так, летом 2009 года Зиринова вызвали в отделение УФСБ по городу Анапа, где ему было предъявлено заявление некоего Ивенского: в нем были перечислены городские объекты, якобы захваченные Зириновым при помощи шантажа и угроз. В течение дня прежние собственники этих объектов были также вызваны в отдел, где с каждым из них сначала беседовал Роман Турбин, тем не менее эти собственники в присутствии представителя прокуратуры отказались от каких-либо претензий к Зиринову. После завершения бесед Зиринов, в то время находившийся в статусе депутата Заксобрания Кубани, потребовал найти и пригласить заявителя — загадочного гражданина Ивенского. Наведя справки, полиция сообщила, что этот гражданин… скончался за десять дней до даты подписания заявления.

Казнить нельзя помиловать

Один из присяжных процесса по «делу Зиринова» уже позволил себе высказать вслух сомнение в достоверности доказательств и по настоянию старшины присяжных был отчислен из коллегии в ноябре прошлого года (хотя закон не запрещает присяжным обсуждать детали рассматриваемого дела между собой). Остальным предстоит вынести вердикт в течение ближайших месяцев.

Присяжным, разумеется, не должно быть никакого дела до хитросплетения интересов различных групп силовиков и судей вокруг «дела Зиринова и других», но их решение может породить для них разнообразные последствия.

Возбуждением «дела Шлапакова» Александр Бастрыкин вынес, скорее всего, только первое предупреждение.

 

Источники: Коммерсант, "Московский комсомолец на Дону" 

 

Источник: 
автор: 
Наталья АБРАМЕНКО
Раздел: 
Общество
автор:
Сергей САХАРКОВ

Новости партнеров: